17:20 

Название: Шаг навстречу
Автор: gero_likia
Бета: нет
Пейринг: Джирайя+Минато/Наруто в секси-дзюцу
Рейтинг: NC-17
Жанр: AU, romance
Предупреждения: вертикальный инцест, секс с несовершеннолетними, псевдогет. Приглядевшись, можно forced orgasm обнаружить ;)
От автора:
1) Написано на кинк-фест по заявке 7.29. Но в этой версии в конце есть кое-какие изменения - по сравнению с текстом, висящим на кинках.
2) Критика приветствуется :)

Если бы Намикадзе Наруто кто-то спросил, как ему живётся, ответ был бы однозначен: прекрасно!
Но так было не всегда.

Намикадзе Наруто, вплоть до двенадцати лет носивший фамилию "Узумаки", рос без родителей. Разумеется, он интересовался у Третьего и даже, несмотря на их брезгливость, у нескольких других взрослых, кто его мать и отец, но эту информацию скрывали. Чего именно опасались - теперь уже никогда не станет ясно, однако факт оставался фактом. Своих корней Наруто не знал.
И кто знает, как сложилась бы его судьба и узнал ли бы он о своей семье, если бы не сказочное везение?

Событие, перевернувшее жизнь Наруто - да и всего Селения, - произошло почти три года назад.
О том, что Орочимару попытается захватить власть во время финальных матчей чунинского турнира, Третий Хокаге сделал вывод из докладов Анбу, поступавших в течение всего предшествующего года. Знал он и о технике, которую недавно изобрёл и горел желанием опробовать в деле бывший ученик.
Сарутоби Хирудзен подготовился.
В начале боя Орочимару сулил сенсею долгую и мучительную смерть, но вряд ли догадывался, что именно произойдёт. Иначе ни за что не рискнул бы сойтись с ним в бою. Третий Хокаге был немолод, но он оставался Хокаге - сильнейшим Каге всех стран. И он отнюдь не был глуп.
Когда Орочимару применил Эдо Тенсей, Сарутоби использовал своё собственное изобретение - отточенную специально ради такого случая и ни на что больше не годящуюся, безмерно сложную и единственную спасительную технику. Иночи но Каварими. Обмен жизнями.
Третий Хокаге погиб в бою, героически и страшно.
Четвёртый Хокаге вернулся к жизни.

Орочимару был убит, война выиграна, Четвёртый Хокаге возглавил Селение. И тут на Наруто один за одним посыпались сюрпризы.
Известие о том, что Намикадзе Минато, легендарная Жёлтая Молния Конохи, приходится ему отцом, было для Наруто, мягко говоря, неожиданным. Когда его вызвали в кабинет Хокаге, Наруто летел как на крыльях. Он предвкушал похвалу за храбрость и силу (он ведь сумел остановить Гаару почти в одиночку!), но получил совершенно не то, чего ожидал.
Нет, Наруто не был разочарован или зол. Но он видел, что отец (какое непривычное слово!) испытывает в его обществе неловкость, и сам отчаянно стеснялся его.
Чувство это, разожжённое тем, что Минато восстал из мёртвых и теперь, бесспорно живой, всё равно мало походил на живого человека, усугубили несколько совместных тренировок.
По сравнению с Намикадзе Минато Узумаки Наруто был настолько слаб, мелок и незначителен, что в присутствии отца иногда задавался вопросом - а существует ли он сам? Чего он по-настоящему достиг в свои двенадцать? Джирайя не раз говорил, что Наруто отнюдь не является талантливым учеником, но он редко обращал на это внимание, считая, что сенсей просто пытается заставить его тренироваться упорнее. Сейчас Наруто на своей шкуре почувствовал, что Джирайя не преувеличивал - преуменьшал.
Хуже всего, что отец оказался совершенно не способен учить сына, не схватывающего всё на лету. Необходимость объяснять всё по несколько раз превращала тренировки в сущую пытку для обоих - старший Намикадзе мучительно подбирал слова, младший страдал от ощущения собственной никчёмности.
Младший Намикадзе...
Фамилию отца Наруто взял в тот же день, как узнал, что его мать жива и здорова, просто после штурма двенадцать лет назад вернулась в своё Селение и вышла замуж во второй раз.
Она тоже боялась Кьюби, но убить сына не поднялась рука. Однако ей было куда уходить, и она бросила Наруто, не задумываясь.
Носить её фамилию Наруто больше не хотел.

Наверное, так и продолжалось бы дальше - Наруто стеснялся бы отца, отец - его, и они отдалились бы ещё больше. Возможно, возненавидели бы друг друга - тихо, в глубине души, потому что демонстрировать такую ненависть неприлично, но оттого ещё сильнее. Возненавидели за то, что не являются - не могут стать? - семьёй, хотя должны.
Положение спас Джирайя. Понаблюдав за их неуклюжими попытками сближения и ведения нормальной семейной жизни, он объявил, что возвращается к своим путешествиям - тем более, всё равно кто-то должен найти Цунаде, чтобы она на всякий случай осмотрела Минато. А Наруто Джирайя забирал с собой.
Это не было вопросом или предложением и не обсуждалось, так что уже через два дня Наруто в обществе сенсея с облегчением покинул Коноху. Прощание отца с сыном было неловким, как и все остальные их разговоры. Ужасным, если совсем честно, но из дома Наруто всё-таки уходил со смутным воспоминанием о тепле. Отец сожалел, что ему приходилось уйти, он ясно дал это понять.
Наруто тоже сожалел, что всё получилось так, и в тот же день, едва отойдя от родных стен, рискнул единственный раз в жизни спросить Джирайю, что он думает по этому поводу.
- Вы просто не готовы. Минато, хоть он двигается, говорит и по-прежнему не понимает шуток, - Джирайя красноречиво потёр ноющее плечо, а Наруто скривился - скользких шуточек сенсея и он не понимал, - всё ещё мёртв.
- Подожди, то есть он... - переполошился Наруто, когда до него дошёл смысл слов.
- Он жив по всем физическим параметрам, хотя с точностью это может доказать лишь Цунаде. А вот что касается психики - я совершенно не уверен. Он двенадцать лет провёл в загробном мире. Подумай, как бы чувствовал себя ты на его месте? Минато просто нужно время, чтобы освоиться. Хотя бы пару лет. И лучше, если тебя в это время с ним не будет.
Расспрашивать дальше Наруто не стал. Что-то подсказывало, что даже если сенсей объяснит, почему, то этого лучше не слышать. Некоторые ответы нужно находить самому, иначе они перестают быть истиной.
- Эро-Сеннин?
- Что тебе?
- Я хочу стать сильным. Сильнее всех!
- Чтобы победить Минато?
- Чтобы не быть его разочарованием.

Три года прошли вдали от Конохи, полные приключений, упорных тренировок и посещений борделей. Нет, Наруто не обнаружил в себе страсти к прекрасному полу (равно как и к своему собственному), но Джирайя проводил там львиную долю времени, и Наруто частенько волей-неволей составлял ему компанию.
Взрослея в подобных условиях, Наруто так и не приобрёл того, что все прочие называли моралью и скромностью. Он искренне не понимал, что плохого в групповом сексе. Спокойно относился к гомосексуальным связям. Не видел никакой проблемы в садо-мазохистских отношениях хозяина и раба, если они строились на обоюдном согласии и удовольствии.
И при всём этом - всё ещё верил в любовь. Хотя иногда ему казалось, что не существует даже симпатии - потому что сам он не способен был испытывать эти эмоции. Сексуальное влечение не было ему чуждо, а что-то большее, хотя бы та же симпатия, упорно отказывалось зарождаться. Но ведь было раньше! Он помнил свои чувства к Сакуре. Он помнил радостное возбуждение от поединков с Саске. Он очень хорошо помнил, как ёкнуло сердце, когда узнал, кто его отец. Значит, симпатии как таковые он мог испытывать, но почему перестал?
Наруто часто спрашивал себя об этом, когда заметил за собой такую странность. Потом привык и перестал придавать значение.
Какая разница, если отца он любит несмотря ни на что?
Впрочем, за эти три года в Наруто произошли и куда более приятные изменения. Он вырос из нескладного мальчишки во взрослого юношу, а его самоуверенность подкрепилась реальными знаниями и умениями. Джирайя, несмотря на всё своё разгильдяйство, учеником занимался всерьёз. К концу их совместного путешествия, надравшись до почти полной потери контроля и ударившись в сентиментальность, он даже признался Наруто, что гордится им, чего в трезвом состоянии ни за что бы не сделал. Главный рецепт мотивирования нерадивых учеников от Джирайи: побольше оскорблений умственных способностей и сравнений с гениальным Минато, а похвалы только по праздникам и только в хорошем настроении.
Наруто занимался прилежно.

Возвращения домой Наруто ждал с нетерпением и одновременно боялся. Сейчас, вспоминая своего отца, он как никогда был согласен с вердиктом Джирайи - тогда отец был мёртв. Что с ним сейчас? Смог ли он освоиться? Или снова взглянет на него пустыми равнодушными глазами? Наруто оставалось только мучительно гадать. Все вести из Конохи, что доходили до них с Джирайей, были исключительно политического свойства. Сплетничать о личности и приватной жизни Четвёртого Хокаге не решались даже последние алкоголики, пропившие мозги, а в письмах, которыми старший Намикадзе обменивался с сенсеем, содержались исключительно сухие рассказы о делах Селения. О том, что Наруто вообще читал эти письма, кстати, знать никому не полагалось. Джирайя их тщательно прятал, и Наруто приходилось хорошенько потрудиться, чтобы выкрасть очередной свиток и жадно пробежать его глазами - вдруг будет какая-то зацепка? Вдруг отец спросит о нём?
Он не спрашивал. И о себе не рассказывал даже вскользь. И не писал сыну личных писем.
Они оставались чужими людьми, далёкими и связанными только смутным долгом друг перед другом. Раз они отец и сын, значит, должны относиться друг к другу тепло, быть семьёй. Поддерживать друг друга, общаться, смеяться, тренироваться и, скорее всего, жить в одном доме. Наруто честно хотел всего этого, но понятия не имел, как выйти с чужим человеком на такой уровень близости.
Да, теперь он был почти уверен, что не разочарует отца своими жалкими способностями. Но ведь даже тогда это не было главной проблемой, скорее - поводом, и теперь Наруто ясно это видел. Корень крылся в отчуждённости их друг от друга. И был ли прав Джирайя, утверждая, что трёх лет Четвёртому Хокаге хватит для того, чтобы привыкнуть к тому, что он снова жив?
Сколько потребуется времени, чтобы привыкнуть к тому, что у него есть взрослый сын?
Эти вопросы не давали Наруто покоя.

Действительность, вопреки мрачным предчувствиям, на первый взгляд оказалась не такой уж страшной - вернувшись в Селение и первым делом придя на доклад к Хокаге, Наруто увидел перед собой совершенно другого человека. Улыбающегося сдержанно-ироничной улыбкой. Ворчащего на нерасторопных подчинённых. Озабоченно хмурящего брови после не слишком-то радужных новостей.
Живого.
Но ещё более далёкого, чем два года назад.
За это время у Намикадзе Минато появилась своя жизнь, и места для Наруто в ней не было.
Учиха Саске, с которым Наруто не виделся всё это время, стал личным учеником, и, похоже, преемником Четвёртого Хокаге, как Наруто стал преемником Джирайи. Сакура сменила фамилию Харуно на Учиха, и они как раз незадолго до возвращения бывшего товарища по команде отправились на длительную совместную миссию, по факту - справлять медовый месяц. Селение и друзья прекрасно обходились без Наруто.
Тем же вечером они вдвоём с Джирайей пошли в бар - впервые как равные, как не только учитель и ученик, но как друзья. И долго молча пили чай - к удивлению хозяина.
Саке ни одному из них не хотелось.

Но меланхолия прошла быстро. В Наруто закипела жажда деятельности - вот только знать бы ещё, что делать - с чужим человеком, в жизнь которого пришлось вторгнуться?
Нет, старший Намикадзе ни разу не выказал неудовольствия по поводу вернувшегося сына, оккупировавшего комнату в его доме и как минимум два часа в день его личного времени. Наоборот, кажется, был искренне рад. И тренировки у них получились прекрасные настолько, что скоро стали совместной утренней привычкой. И просто посидеть и поболтать за чашечкой чая или за раменом (второе - чаще) оказалось куда как легко и приятно. И даже на недлинную миссию сходить вместе, тайком от всех, потихоньку свалив на Джирайю и Цунаде все дела, Четвёртый не отказался.
Но всё это было не то.
Недостаточно близко.
По крайней мере, для Наруто, который сильно от этого страдал.
При всём том, что старший Намикадзе относился к нему неизменно доброжелательно, не создавалось у Наруто ощущения близости. Даже с Джирайей, который намеренно держал дистанцию, было теплее. Уютнее.
В чём дело и как это исправить, Наруто не понимал довольно долго - пока не догадался присмотреться к отцу во время тренировок и сравнить не только его поведение в целом, но и язык его тела в частности с остальным временем.
Удары, захваты, подсечки - всё это Четвёртый Хокаге без малейшего колебания применял к сыну. Но ни разу не похлопал по плечу, одобряя успех. Ни разу не подал руку, помогая подняться. Ни разу не обнял.
Почему?
Ни один из возможных ответов на этот вопрос - равнодушие? отчуждение? брезгливость? - Наруто не нравился.

Иногда Наруто хотелось поделиться своими переживаниями с отцом. Но это желание быстро угасало, погребённое под гнётом боязни поставить отца в неудобное положение и, в худшем случае, разрушить то, чего уже удалось достичь. А заговаривать на эту тему с Джирайей, пусть он и понимал всё и ещё чуть-чуть, не казалось правильным. Возможно, эта ситуация так и повисла бы в воздухе, если бы Джирайя снова не проявил инициативу и не зазвал ученика в онсен для важной беседы.
- Ты пытаешься общаться с ним так, словно ты - чужой человек, который вторгся в личную жизнь постороннего и сам не испытывает от этого ни малейшего удовольствия, - Джирайя задумчиво посмотрел на небо, потом серьёзно - на Наруто. Младший Намикадзе в мокром виде выглядел ещё более несчастным, чем чувствовал себя, и это было бы забавно, если бы не было так серьёзно. - Это неправильно, а тон в ваших отношениях задаёшь ты - по крайней мере, пока. Минато не подойдёт ближе, пока не будет уверен, что ты к этому готов, а по твоему поведению не скажешь, что ты готов к большему, чем приятельские отношения.
- Но я этого хочу! - почти выкрикнул Наруто. - И если он видит...
- Могу поспорить, что видит. Только, думаю, тоже понятия не имеет, что делать, потому что хотеть - одно, а быть готовым - совсем другое. И с его стороны как-то повлиять на тебя очень сложно. Его действия - да вот хотя бы согласие на вашу совместную миссию, которая, между прочим, противозаконна! - ты, по-моему, попросту не воспринимаешь. Пока ты сам, в глубине души, не поймёшь, что имеешь право на его внимание и любовь, пока не осознаешь, что он не делает тебе одолжение, а ты ему - не в тягость, ничего не получится.
- Так он тоже... не против? - неверяще переспросил Наруто.
- А до тебя так и не дошло за это время? - поразился Джирайя.
- Ты же сам увидел ещё в первый день, что он прекрасно жил и без меня.
- Я и не отрицаю. Но с тобой ему стало ещё лучше. Хоть и дурак ты, каких мало, раз этого не заметил, - Джирайя, разочарованный бестолковостью ученика, скорчил недовольную мину и потянулся за саке, но Наруто стремительным движением выхватил у него пиалу и отставил подальше. Как только сенсей прикладывался к алкоголю, разговор неизменно съезжал на девушек, а как раз сейчас эта тема интересовала Наруто ещё меньше, чем всегда.
- Если папа не может на это повлиять, значит, можешь повлиять ты. Иначе ты не заводил бы этот разговор, - категорично заявил Наруто.
Джирайя долго и пристально смотрел ему в глаза - отчаянные, решительные, молящие.
- Идея действительно есть, но она рискованная и... необычная.
- Я готов на всё.

Наруто нервно расхаживал по комнате. Сегодня была очередь старшего Намикадзе на разговор с сенсеем, и от результата этого разговора зависело всё. Согласится ли Четвёртый Хокаге на эту авантюру? И если да, что из этого получится?
Наруто боялся подумать - уж слишком многое зависело от этой беседы.
Боялся, что отец согласится, но что-то пойдёт не так, и они рассорятся.
Боялся, что отец откажется, и реальный шанс - возможно, единственный - на углубление отношений будет потерян.
Хотя, с другой стороны, отказ мог оказаться лучшим вариантом. По крайней мере, тогда Наруто точно знал бы, что отец далеко не на всё готов ради установления действительно личных связей. А жить с твёрдым знанием всегда гораздо легче, чем с собственными смутными догадками и опасениями.
Оставалось только подождать.
Как только Джирайя будет знать ответ, пошлёт записку с Гамакичи. И если всё пройдёт гладко, то Наруто останется только прийти в онсен. Дальше, как обещал Джирайя, всё случится само собой.
Открывать записку, когда Гамакичи всё-таки появился, было ещё страшнее, чем ждать. Зато идти - потому что в записке корявым почерком сенсея значилось "Приходи" - легко. И трансформироваться. И даже раздвинуть сёдзи и шагнуть в окутанный паром полумрак.
Они обернулись к нему оба и посмотрели с одинаковым нечитаемым выражением на лицах.
По идее, Наруто предполагалось занервничать, но он успокоился окончательно. В своей технике он был уверен - в огромных голубых глазах на красивом лице, длинных светлых волосах, забранных в два хвоста, высокой груди, на которой едва держалось традиционное для онсена белое полотенце, тонкой талии и широких бёдрах.
Наруто улыбнулся и изящно скользнул в воду между мужчинами.
Он понятия не имел, как должна была вести себя в подобной ситуации девушка, но подгонять своё поведение под какие-то рамки и не собирался.
- Хорошая ночь, - сказал Наруто, и Джирайя приподнял брови. Единственное, что Наруто изменил в технике, был голос - чуть низковатый, хотя всё ещё девичий и приятный вместо его стандартного писка.
- Это мы можем определить только утром, - иронично заметил Минато. Называть его отцом - даже мысленно - сейчас не поворачивался язык.
- Значит, нужно приложить все усилия к тому, чтобы ночь прошла хорошо, - Наруто игриво склонил голову к плечу. Один хвост намок и прилип к груди, и только он хотел отбросить мешающиеся пряди за спину, как Четвёртый протянул руку и сделал это за него, попутно проведя жёсткими подушечками пальцев по коже груди на границе полотенца. Наруто вздрогнул, только-только начиная осознавать реальность во всей её полноте.
Он не думал, что ему это понравится. Считал жертвой, которую обязан принести ради отца. Но если так пойдёт и дальше, то испытание может обернуться истинным наслаждением. И, судя по прищуренным, потемневшим глазам Минато, - не для него одного.

Минато и Наруто перебросились ещё несколькими игривыми репликами; напряжённо наблюдавший за ними Джирайя с облегчением улыбнулся, пожелал приятно провести время и вылез из источника, собираясь уходить.
Они хором сказали:
- Оставайся, - и переглянулись с весёлым удивлением.
Как ни странно, Наруто действительно совершенно не хотел, чтобы Джирайя уходил. Изначально он не желал, чтобы сенсей вмешивался, но после того разговора осознал - точно так же, как он не воспринимал родственника-Минато в качестве члена семьи, он считал не связанного с ним кровно Джирайю кем-то вроде своего дяди.
А то, что происходило, было семейным делом.
Наруто сказал всё это одним взглядом и чуть скованной улыбкой, а Минато свою просьбу объяснил гораздо прозаичнее:
- Всё равно подглядывать будешь - что я, тебя не знаю?
И Джирайя довольно ухмыльнулся, демонстрируя, что да - знает.
- Кстати, о подглядывании, - спохватился он и, сложив несколько печатей, приложил раскрытую ладонь к стене. Наруто опознал технику призыва желудка скальной жабы - дёшево и сердито, вполне в стиле Джирайи.
- И о подслушивании, - добавил Минато, покидая воду. Он прокусил палец и прямо на стенках призванного желудка нарисовал кровью мгновенно вспыхнувшую печать.
- По-моему, вы перестраховываетесь, - хмыкнул Наруто.
- Ничуть, - Минато полюбовался на дело рук своих, вернулся в источник и, рывком втащив Наруто к себе на колени, пообещал: - Ты будешь кричать.
Сердце Наруто спешно ретировалось в направлении пяток.

В отличие от Минато, вошедшего в воду без всплеска, словно он был её частью, Джирайя плюхнулся шумно, подняв тучу брызг и окатив Минато с Наруто небольшой горячей волной. Наруто расфыркался, встряхивая жалко обвисшими хвостами, и не сразу заметил, как его полотенце, до сих пор служившее последним препятствием к началу, куда-то подевалось.
Под водой и с такой высокой концентрацией пара трудно было рассмотреть подробности, но Минато и не пытался. Он смотрел Наруто только в глаза - тогда как его руки изучали открывшееся тело: соразмерную упругую грудь с маленькими твёрдыми сосками, подтянутый живот, мягкую кожу на изнанке бёдер...
Наруто затаил дыхание, когда чуть шершавые широкие ладони погладили его там, одновременно мягко и ненавязчиво раздвигая ему ноги. Это было, пожалуй, даже слишком приятно. И очень необычно.
Секси-дзюцу превращало Наруто в девушку по всем физиологическим параметрам, и он частенько его использовал, чтобы дразнить сенсея или выведывать у него новые техники. Но до того, чтобы самому получить удовольствие - или хотя бы из простого любопытства попробовать, каково девушкам, - Наруто ни разу не додумался. И теперь все ощущения, одновременно знакомые и совершенно чужие, играли яркими красками, ставя Наруто на грань безумия.
Чужие руки легли на ягодицы, слегка сжали. Наруто выдохнул и не смог вдохнуть - горло перехватило, когда пальцы осторожно прошлись по самой грани между бедром и...
Плеча мимолётно коснулась ещё одна рука - тяжёлая, шершавая, - и Наруто на мгновение отвлёкся - как раз вовремя, чтобы вдохнуть немного воздуха для стона.
Минато круговыми движениями с нажимом ласкал клитор.
Всплески острого напряжения, сопровождавшие каждое прикосновение, вырывали у Наруто короткие приглушённые стоны. Происходящее сейчас нельзя было назвать удовольствием - слишком напряжён был Наруто, чтобы его получать. Но ощущения были скорее приятными, хотя напряжение нарастало с каждой секундой, сковывая тело неподатливой бронёй. А Минато и не думал останавливаться, и меньше чем через минуту Наруто выгнулся у него на коленях, впился не длинными, но острыми коготками в плечи, оставив несколько красных отметин, и, обессиленно уронив голову на плечо Минато, напряжённо попросил:
- Хватит... уже всё...
Его бёдра автоматически поднялись, избегая продолжающейся ласки, мучительной в своей интенсивности, но Минато плотно обхватил его за талию, опуская обратно, не давая отстраниться.
- Нет, не всё.
Наруто вскинул голову, снова не удержавшись от стона.
- Сколько?..
Минато улыбнулся, и было в этой улыбке что-то одновременно хищное и нежное.
- Пока ты не расслабишься.

Это было сладко настолько, что Наруто потерялся в ощущениях уже после второго оргазма. Он не считал, сколько раз кончил в руках Минато, он вообще не был способен воспринимать действительность, пока его ласкали. Эти минуты запомнились одним вихрем ярких вспышек перед глазами, властной руки, жёстко удерживающей на месте, влажной кожи под пальцами, тяжёлого - из-за напряжения и нехватки воздуха в заполненном паром онсене - дыхания.
А ещё - спокойными, точно рассчитанными движениями Минато и бешеным биением сердца в его груди.
Когда это закончилось, Наруто распластался вдоль тела Минато и, если бы он не придержал его, сполз бы под воду. Телом владели истома, усталость и расслабленность, а вот истощения, опустошения или удовлетворения Наруто, к своему удивлению, в себе не замечал.
- Как ты это сделал? - поинтересовался он, чувствуя, что, ко всему прочему, больше не стесняется расслабленно прикасаться к Минато.
Но Минато вместо ответа только приподнял брови и вдруг усмехнулся, указывая взглядом куда-то за спину Наруто. Он с готовностью обернулся.
Джирайя наблюдал за ними, сидя на бортике источника, и ласкал себя.
- Продолжайте-продолжайте, я весь внимание, - заверил он обоих Намикадзе.
- Я всегда подозревал, что просто наблюдать тебе нравится даже больше, чем участвовать самому, - проворчал Наруто.
- Только подозревал? Я давно в этом уверен, - Минато ухмыльнулся. - Так что этот извращенец обойдётся одним наблюдением.
- Ну уж нет, моего законного минета вы меня не лишите! - возмутился Джирайя.
- Я так и знал - ты затеял это только чтобы получить минет в исполнении моей сексуальной формы, - припечатал Наруто.
- Я не настолько примитивен, чтобы совершать поступки только с одной целью, - самодовольно возразил Джирайя. - Не отвлекайся давай!
- Ах да, ещё и сбор информации для очередной извращенской книжки, - картинно вздохнул Наруто. - Как я мог об этом забыть?
Впрочем, интерес к диалогу он моментально потерял - действительно отвлёкся от важного. Хотя эта пауза была необходима - Минато нарочно дал ему прийти в себя и ещё раз всё обдумать.
- Спасибо, - тихо поблагодарил его Наруто. - Но я не собираюсь менять своё решение. И... я этого хочу.
Минато нежно очертил кончиками пальцев лицо - практически не изменившееся, только приобрётшее девичью мягкость линий и изящество форм.
- Я тоже. Ты не представляешь, как.
- Ну почему же, вполне представляю, - слегка смутился Наруто и, набравшись духу, скользнул узкой ладонью под полотенце, всё ещё обнимавшее бёдра Минато. - Очень знакомое ощущение, - подмигнул он. Минато позволил тонким пальцам несколько раз уверенно, привычно погладить свой член и сказал:
- Разумеется. Но сейчас предлагаю испытать кое-что незнакомое. Джирайя, ты хотел минет? Иди сюда, - позвал Минато и поднялся из воды вместе с Наруто, которого без видимых усилий взял на руки, после чего поставил его на четвереньки на краю бортика лицом от себя.

Ощущения действительно были новыми - Наруто ещё ни разу не приходилось делать кому-то минет. Но это меркло по сравнению с тем, что сделал для него Минато.
Самого Наруто тоже никогда не ласкали так.
Он честно старался сделать Джирайе приятное: ласкал его член губами и языком, призвав на помощь всю фантазию, осторожно задевал зубами, сосал, варьируя интенсивность и частоту. Но куда больше Наруто был сосредоточен на ширящемся очаге удовольствия в низу живота - на чужом языке, уверенно исследующем его изнутри, на руках, зафиксировавших бёдра в стальной хватке.
Получать удовольствие было куда увлекательнее, и Наруто не сдержал облегчённого вздоха, когда Джирайя кончил, в последний раз почти силой втолкнув свой член ему в рот. Теперь можно было целиком сконцентрироваться на том, на чём хотелось.
Минато аккуратно прихватил зубами клитор, потеребил, заставив Наруто со всхлипом упасть на локти, несколько раз лизнул, после чего снова погрузил язык в глубину. Наруто дёрнулся, прогнулся в спине и, едва дыша, попросил:
- Ещё...
Продолжая одной рукой удерживать Наруто, Минато заменил язык пальцами, выбрав неторопливый темп. Наруто почти заскулил - этого было недостаточно.
Минато обнял его, нависнув сверху, и уточнил:
- Уверен?
Вместо ответа Наруто повернулся к нему лицом, не разрывая объятий, и обнял ногами за пояс.
Просить дважды не понадобилось.
Поначалу Наруто казалось, что это для него слишком много, что он не выдержит, но один взгляд на лицо Минато примирил его с любыми неудобствами, настоящими и будущими.
А когда он начал двигаться, Наруто и вовсе забыл о неудобствах - слишком хорошо ему было, чтобы думать о чём-то ещё. Слишком сладкими казались даже вдохи - рядом с Минато, рядом с самым близким, самым родным человеком. Ближе Наруто никогда никого не подпускал и уже не подпустит. После Минато - немыслимо.
И потом, когда они вдвоём вернулись в воду, Наруто дивился сам себе - как можно было считать отца далёким и незаинтересованным? Откуда взялся этот смешной детский комплекс? Почему усугубился настолько, что пришлось принять частично чужой облик, влезть в чужую шкуру, чтобы позволить себе ощутить отца близким?
Впрочем, это уже не было важно. Разве что любопытно чуть-чуть, как любопытно любому человеку знать истинные мотивы своих поступков и причины своих желаний, но не более того.
Наруто счастливо улыбнулся отцу и, прекратив секси-дзюцу, сказал с горящими глазами:
- Спасибо, пап.
- Не за что, Наруто, - старший Намикадзе взъерошил волосы сына. - Не за что.
Они не решили проблему - на самом-то деле. Впереди оставался ещё долгий путь до истинной близости.
Но первый шаг они сделали.

...Позабытый Джирайя сидел в углу, торопливо перенося на бумагу намётки шикарного сюжета для новой книги...

Эпилог.

Наруто вот уже почти два часа копался в бумагах, проклиная свою неспособность работать с документами. Отыскать одну-единственную конкретную справку в горе макулатуры было для него сложнее, чем выполнить миссию ранга S. Но отец безжалостно велел привыкать - потому что хоть Саске и его ученик, Пятым Хокаге ему не бывать. Фамилия Учиха - слишком серьёзное препятствие.
За этим занятием в архиве его и застал вышеупомянутый Учиха в компании Сакуры, которая от избытка чувств даже обняла старого друга.
- Наруто! Мы столько не виделись! Ты так вырос и изменился и... - защебетала она. Наруто только ошарашенно улыбался, и не надеясь вклиниться в поток слов. Изменился? Кто бы говорил! В этой красивой девушке еле угадывалась прежняя Сакура-чан.
- Как дела, идиот? - зато Саске не слишком-то поменялся внешне, разве что вырос, да и что касалось общения - был в своём репертуаре; даже усмешка на его губах, появлявшаяся каждый раз при взгляде на лучшего друга, не претерпела никаких изменений за эти годы.
Наруто улыбнулся ещё шире и, хоть в его жизни и оставалась куча проблем самого разного толка, совершенно искренне сказал:
- Прекрасно!

@темы: Хокаге, Фанфик, Минато/Наруто, Джирайя, Гет, Romance, NC-17, AU, Яой

Комментарии
2009-12-24 в 04:00 

~Ви
Ветер в голове: семь мыслей в секунду.
понравилось, да *_________*
То как прописаны отношения Наруто и Минато, Джирайи и Наруто - просто шикарно.
Совсем не понравилось как убрали Кушину.
Ну и ничуть ни меньше не понравилось что стало с отношениями Наруто с Саске и Сакурой. СасуСаку вообще убил х)
Но идеальных вещей не бывает.
Хоть это и резануло глаз - в остальном получила удовольствие от чтения.
Автору - спасибо.)

2009-12-24 в 09:32 

gero_likia
~Ви
Спасибо большое :))) Я рада, что в целом вам понравилось :))))

А чем вам не понравилось то, как убрали Кушину? :) В конце концов, мы о ней совсем ничего не знаем (даже не знаем, жива ли она), и вариант имеет право на существование, я считаю :) Ибо точно так же, как Минато - не святая няшечка, Кушина тоже может оказаться отнюдь не ангелом.

И что не так с отношениями Наруто и Саске - учитывая, что Саске на тот момент уже признался Наруто в дружеских чувствах, а Орочимару, чтобы сманить его из Селения, уже не было? :) Может, конечно, в тексте немного не хватает подробностей, но я предполагала, что это и так просматривается: Саске достался в учителя сам Четвёртый, у него нет никаких резонов уходить, как он сделал в каноне, даже если бы Орочимару был жив. А оставаясь в Конохе и рядом с Сакурой, при этом не рассорившись с Наруто и находясь под влиянием Минато, Саске вряд ли думал бы о каких-нибудь гадостях (сверх обычного для него желания отомстить брату, которое до встречи с Итачи и ухода к Орочимару не перерастало в манию и не переросло бы, если бы не). И, разумеется, я таки верю, что Сакура, упорная девочка, уж за три-то года рядом с нормальным (насколько это вообще возможно для Саске) Саске-куном добилась бы его :) /всё равно клан возрождать, так почему бы и не с ней :laugh: / В таких условиях Саске и Наруто остались бы лучшими друзьями - даже расставшись на три года :)

Вам огромное спасибо за отзыв ;) :red:

2009-12-24 в 12:22 

~Ви
Ветер в голове: семь мыслей в секунду.
gero_likia
По поводу Кушины - было не мало разговоров о том, что Наруто похож на мать. Джирайся с Тсунаде об этом уж точно говорили. Мне кажется Наруто не такой человек - не предаст вот так. А из-за этого я вижу и Кушину в более благоприятном свете.))

Касательно появления Минато и улучшения Саске - это понятно.) Мне просто слабо верится в то, что встречи Саске и Наруто были бы редкими в таком случае - я это имела ввиду. Мне видятся они таки вместе сидящими в баре, на тренировке, да и просто прогуливающиеся по городу. Саске и Наруто мне нравятся и как друзья, и как пара - мой маленький бзик, до х).
А Саске с Сакурой не вижу фактически ни при каком раскладе. Повзрослевшая Сакура она... она хороший друг для них, но как девушка, жена и мать в моём представлении не подойдёт ни Саске, ни Наруто.) Я вообще её с противоположным и не очень полом слабо вижу =/ Мне она кажется всё более похожей на Тсунаде.
Это всё просто исключительно моё имхо.)

2009-12-24 в 13:57 

gero_likia
~Ви
Про Кушину понятно :) Но говорили в основном, что он похож на неё своей безбашенностью, насколько я поняла, а не характером в целом. А если так уж представить - вот смотрите, Минато запечатал Лиса в Наруто и сам погиб при этом, Кушина вполне могла возненавидеть за это и самого демона, и его носителя - ведь не факт, что она после запечатывания всё ещё воспринимала Наруто как своего сына (вспомним большинство конохцев - они в Наруто человека не видели, Кушина после потери обожаемого мужа могла и не стать исключением - даже с учётом того, что Наруто таки её сын). И думаю, была бы она мертва, о ней бы что-нибудь таки было сказано - как о самом Минато. Да и что-то непохоже, чтобы те же Саннины упоминали её как мёртвую. Значит, скорее всего, она жива. Но если её нет в Конохе - какой вывод напрашивается? Вот. Собственно, я плясала именно от этого, когда писала, что Кушина бросила Наруто :)

А встречи с Саске были редкими (вернее, их не было вообще до эпилога) именно потому, что на момент возвращения Наруто в Коноху Саске и Сакуры как раз в Конохе не было (и не думал о нём Наруто, потому что как раз с Саске проблем у него не было - в отличие от отца, который и заниал все его мысли). А как только они вернулись - первым делом нашли его - в том самом архиве в эпилоге ;) Правда, наверное, надо это как-то почётче прописать, что ли... *задумалась*

А чем похожесть Сакуры на Цунаде мешает романтическим отношениям с кем бы то ни было? :) /вспомним саму Цунаде - любила же она :) И, имхо, сейчас любит Наруто... но это уже мой маленький бзик ;)/ И даже как хозяйку домашнего очага я Сакуру вполне вижу :) Хотя это тоже имхо ;)

2009-12-24 в 20:52 

~Ви
Ветер в голове: семь мыслей в секунду.
gero_likia
В принципе - если и Кушина ушла, но не вижу её ненавидевшую своего ребёнка - копию возлюбленного. Внешне то уж точно. Вижу вынужденную уйти. Или ушедшую из-за того, что её обманули - дескать Наруто не Наруто и т.д. И уж тем более не вижу её семью после этого всего. Я привыкла идеализировать людей, по ходу дела х)

А как только они вернулись - первым делом нашли его - в том самом архиве в эпилоге ;) Правда, наверное, надо это как-то почётче прописать, что ли... *задумалась*
в том-то и дело - там это написано так -мельком. Будто раз в месяц так видят друг друга и довольны =(

А чем похожесть Сакуры на Цунаде мешает романтическим отношениям с кем бы то ни было?
Тут дело не в похожести на Цунаде. Дело в том что было. На самом деле пройти с человеком через самые разные испытания, узнать его от и до как Сакура и Наруто - я не знаю почему, у меня с описанием сложновато, просто ощущение такое складывается внутри, что по большому счёту ничего такого быть не может. Только если на основе дружбы вырастить что-то.
А Сакура и Саске. Я этот пейринг просто не вижу. Саске вообще в редких пейрингах вижу. А уж семью Саске и Сакуры. Это тоже проблемы моего восприятия. Сакура может и любит Саске, но её любовь уже приобрела весьма извращённый оттенок аля так ему будет лучше. Мне больше по душе немного эгоистичное Нарутовское - я спасу его.)
Сакура для меня медик, шиноби, в будущем - хорошая мать. Но именно хозяйкой очага её не вижу. Не на ней дом будет держаться.
И да - меня уже не переубедить.

А про Тсунаде - всё возможно х))

   

Naruto: The Elders

главная